О ПРИМЕНЕНИИ ЗАКОНОДАТЕЛЬСТВА О НЕОБХОДИМОЙ ОБОРОНЕ В НОВЫХ РАЗЪЯСНЕНИЯХ ПЛЕНУМА ВЕРХОВНОГО СУДА РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

Необходимая оборона рассматривается в уголовном праве как обстоятельство, исключающее преступность деяния. По своей сути необходимая оборона — это правомерное причинение вреда посягающему при защите личности и прав обороняющегося или других лиц, охраняемых законом интересов общества или государства от общественно опасных посягательств. Однако право на необходимую оборону не может и не должно превращаться в самосуд и расправу над посягающим. Поэтому в преамбуле постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации «О применении судами законодательства о необходимой обороне и причинении вреда при задержании лица, совершившего преступление» от 27 сентября 2012 г. № 19 (далее — Постановление) на это специально обращено внимание. В частности, в Постановлении отмечается, что институт необходимой обороны призван обеспечить баланс интересов, связанных с реализацией предусмотренных в ч. 1 ст. 2 УК РФ задач уголовного законодательства по охране социальных ценностей, с одной стороны, и с возможностью правомерного причинения им вреда — с другой. В этих целях в ст. 37 УК РФ установлены условия, при наличии которых действия, причинившие тот или иной вред объектам уголовно-правовой охраны, не образуют преступления.

В пункте 1 Постановления Пленум Верховного Суда Российской Федерации ориентирует суды на то, что положения ст. 37 УК РФ в равной мере распространяются на всех лиц, находящихся в пределах действия Уголовного кодекса Российской Федерации, независимо от профессиональной или иной специальной подготовки и служебного положения, от того, причинен ли лицом вред при защите своих прав или прав других лиц, охраняемых законом интересов общества или государства, а также независимо от возможности избежать общественно опасного посягательства или обратиться за помощью к другим лицам или органам власти.

Данный пункт, по сути, воспроизводит ч. 3 ст. 37 УК РФ, в которой изложены три момента, имеющие существенное значение для понимания института необходимой обороны.

Первое — необходимая оборона возможна не только при защите личности и прав обороняющегося лица, но также и при защите личности и прав любого другого лица, даже если с его стороны не было просьбы о помощи. Важно также подчеркнуть, что необходимая оборона путем причинения вреда посягающему возможна и при защите охраняемых законом интересов общества и государства.

Второе — право необходимой обороны в равной мере распространяется на всех

лиц независимо от их специальной подготовки или служебного положения. Данное, на первый взгляд очевидное, законодательное положение вызывает дискуссии в науке уголовного права и сложности в правоприменительной деятельности. Не избежал необходимости дополнительного разъяснения этого положения и Пленум Верховного Суда Российской Федерации, высказав в пп. 27 и 28 Постановления свои соображения на этот счет.

В пункте 27 Постановления Пленум отметил, что положения ст. 37 УК РФ распространяются на сотрудников правоохранительных органов и военнослужащих, которые в связи с исполнением своих служебных обязанностей могут принимать участие в пресечении общественно опасных посягательств лица, совершившего преступление. При этом если в результате превышения пределов необходимой обороны указанные лица совершат убийство или умышленно причинят тяжкий или средней тяжести вред здоровью, содеянное ими при наличии соответствующих признаков подлежит квалификации по ст. 108или по ст. 114 УК РФ.

Тем самым Пленум Верховного Суда Российской Федерации лишний раз подтвердил, что иные подходы к решению проблемы ответственности сотрудников правоохранительных органов и военнослужащих в подобных случаях, например привлечение к ответственности по ст. 286 УК РФ, не могут быть признаны состоятельными.

Привлечение должностных лиц к ответственности за превышение должностных полномочий возможно, только если они нарушили требования нормативных актов, предусматривающих основания и порядок применения оружия, специальных средств, боевой и специальной техники или физической силы. Об этом говорится в п. 28 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации.

По нашему мнению, если должностное лицо нарушило требования нормативных актов, предусматривающих основания применения оружия, специальных средств, боевой и специальной техники или физической силы, т. е. когда не возникло право на необходимую оборону, то оно не может привлекаться к уголовной ответственности за превышение пределов необходимой обороны. Если должностное лицо нарушило требования нормативных актов, предусматривающих порядок применения оружия, специальных средств, боевой и специальной техники или физической силы, то ответственность за превышение пределов необходимой обороны возможна. Об этом, в частности, косвенно свидетельствует разъяснение, данное во втором абзаце п. 28 Постановления: «Не может признаваться преступлением причинение вреда таким лицом, применившим оружие, специальные средства, боевую и специальную технику или физическую силу с нарушением установленного действующим законодательством порядка их применения, если исходя из конкретной обстановки промедление в применении указанных предметов создавало непосредственную опасность для жизни людей или могло повлечь за собой иные тяжкие последствия (экологическую катастрофу, совершение диверсии и т. п.)».

Третье — право на необходимую оборону не исключается, если у лица имелась возможность избежать причинения вреда посягающему (например, убежать, сделать вид, что ничего не происходит, позвать на помощь, сообщить органам власти и т. д.). Право необходимой обороны — это право выбора человека, решившего самостоятельно противостоять посягательству, направленному на какие-либо социальные ценности, путем причинения вреда посягающему, несмотря на имеющиеся другие варианты реагирования на нарушение закона.

В уголовном праве традиционным является рассмотрение правомерности необходимой обороны сквозь призму обстоятельств, относящихся к посягательству и относящихся к защите. Представляется, что и анализ Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации, посвященного необходимой обороне, необходимо проводить в соответствии с данным подходом.

Относящимися к посягательству являются следующие условия правомерности необходимой обороны: 1) со стороны потерпевшего должно быть общественно

опасное посягательство (общественно опасное посягательство), 2) это посягательство в момент причинения потерпевшему вреда было наличным (наличность посягательства) и 3) действительным (действительность посягательства).

Условиями правомерности необходимой обороны, относящимися к защите, признают: 4) возможность причинения вреда только посягающему лицу и 5) необходимость не превышать пределы необходимой обороны.

Главный вопрос, требующий уяснения, это вопрос о том, какое содержание вкладывать в понятие «общественно опасное посягательство», ибо оно выступает основанием, дающим право на применение необходимой обороны. Данный вопрос представляется чрезвычайно запутанным в доктрине уголовного права и не имеющим однозначного решения в правоприменительной практике. Под общественно опасным посягательством понимают: 1) любое преступление; 2) тяжкое преступление против личности; 3) насильственное преступление; 4) любое общественно опасное деяние, которое предусмотрено УК РФ; 5) любое правонарушение, так как Гражданский кодекс Российской Федерации и Кодекс Российской Федерации об административных правонарушениях содержат нормы, дающие право на необходимую оборону, и т. д.

В ранее действовавшем постановлении Пленума Верховного Суда СССР «О применении судами законодательства, обеспечивающего право на необходимую оборону от общественно опасных посягательств» от 16 августа 1984 г. № 14 в п. 2 было разъяснено, что под общественно опасным посягательством, защита от которого допустима в пределах ст. 13 Основ уголовного законодательства (ст. 37 УК РФ), следует понимать деяние, предусмотренное Особенной частью уголовного закона.

Данное определение не давало ответа на многие возникающие в правоприменительной практике вопросы. Поэтому в новом Постановлении Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 27 сентября 2012 г. № 19 понятию «общественно опасное посягательство» было уделено значительное внимание.

Пленум в п. 3 Постановления указал, что право на необходимую оборону порождают как умышленные, так и неосторожные деяния, предусмотренные УК РФ, которые могут быть предотвращены или пресечены путем причинения посягающему вреда. По мнению Пленума, состояние необходимой обороны может быть вызвано и общественно опасным посягательством, носящим длящийся или продолжаемый характер, а само право на необходимую оборону сохраняется до момента не юридического, а фактического окончания посягательства. При этом не имеет значения, что посягавшее лицо не подлежит уголовной ответственности в силу невменяемости или недостижения возраста уголовной ответственности (п. 5 Постановления).

Таким образом, Пленум Верховного Суда Российской Федерации признал следующее:

право на необходимую оборону порождает общественно опасное деяние, которое предусмотрено Особенной частью УК РФ;
данное общественно опасное деяние может быть как умышленным, так и неосторожным, как длящимся, так и продолжаемым;
общественно опасное деяние лишь в том случае порождает право на необходимую оборону, если по своему характеру оно является таковым, что его можно было предотвратить или пресечь путем причинения посягающему вреда;
право на необходимую оборону сохраняется до момента фактического окончания общественно опасного посягательства, независимо от его юридической конструкции;
обороняться против невменяемых лиц, а также лиц, не достигших возраста уголовной ответственности, не запрещено. Не высказано и ограничений на право необходимой обороны против указанных лиц.

Одновременно Пленум обратил внимание на то, что не возникает право на необходимую оборону в следующих случаях:
если со стороны посягающего были действия, лишь формально содержащие признаки какого-либо деяния, предусмотренного УК РФ, которое в силу малозначительности не представляет общественной опасности (п. 5 Постановления);

если «обороняющийся» отвечает на правомерные действия должностных лиц. Пленум отметил, что правомерные действия должностных лиц, находящихся при исполнении своих служебных обязанностей, даже если они сопряжены с причинением вреда или угрозой его причинения, состояние необходимой обороны не образуют (применение в установленных законом случаях силы сотрудниками правоохранительных органов при обеспечении общественной безопасности и общественного порядка и др.) (п. 6 Постановления);
если лицо спровоцировало нападение на себя, чтобы использовать его как повод для расправы. Не признается находившимся в состоянии необходимой обороны лицо, которое спровоцировало нападение, чтобы использовать его как повод для совершения противоправных действий (для причинения вреда здоровью, хулиганских действий, сокрытия другого преступления и т. п.) (п. 9 Постановления). Содеянное в этих случаях квалифицируется на общих основаниях.

Пленум Верховного Суда Российской Федерации достаточно четко определил временные рамки, когда существует право на необходимую оборону, т. е. раскрыл содержание понятия «наличность посягательства».

В пункте 3 Постановления Пленум разъяснил, что право на необходимую оборону возникает не только с момента начала общественно опасного посягательства, но и при наличии реальной угрозы такого посягательства, т. е. с того момента, когда посягающее лицо готово перейти к совершению соответствующего деяния.

Подробно в пп. 7 и 8 Постановления расписано время, когда утрачивается право на необходимую оборону. Так, содеянное не может быть признано совершенным в состоянии необходимой обороны, если вред посягавшему лицу причинен после того, как посягательство было предотвращено, пресечено или окончено и в применении мер защиты явно отпала необходимость, что осознавалось оборонявшимся лицом. Однако состояние необходимой обороны может иметь место в тех случаях, когда:

защита последовала непосредственно за актом хотя и оконченного посягательства, но, исходя из обстоятельств, для оборонявшегося лица не был ясен момент его окончания, и лицо ошибочно полагало, что посягательство продолжается;
общественно опасное посягательство не прекращалось, а с очевидностью для оборонявшегося лица лишь приостанавливалось посягавшим лицом с целью создания наиболее благоприятной обстановки для продолжения посягательства или по иным причинам.

Данные разъяснения Пленума Верховного Суда Российской Федерации дают ясно понять, что вопрос о времени возникновения права на необходимую оборону и прекращения этого права во всех случаях должен решаться с учетом субъективного восприятия обороняющегося лица. Заблуждения обороняющегося лица должны толковаться в его пользу.

Рассмотрен Пленумом Верховного Суда Российской Федерации и вопрос о так называемой мнимой обороне.

Пленум в п. 16 Постановления указал на необходимость различать состояние необходимой и мнимой обороны, когда отсутствует реальное посягательство и лицо ошибочно предполагает его наличие, предложив следующие правила квалификации:

«В тех случаях, когда обстановка давала основания полагать, что совершается реальное общественно опасное посягательство, и лицо, применившее меры защиты, не осознавало и не могло осознавать отсутствие такого посягательства, его действия следует рассматривать как совершенные в состоянии необходимой обороны. При этом лицо, превысившее пределы защиты, допустимой в условиях соответствующего реального посягательства, не сопряженного с насилием, опасным для жизни обороняющегося или другого лица, или с непосредственной угрозой применения такого насилия, подлежит ответственности за превышение пределов необходимой обороны.

В тех случаях, когда лицо не осознавало, но по обстоятельствам дела должно было и могло осознавать отсутствие реального общественно опасного посягательства,

его действия подлежат квалификации по статьям Уголовного кодекса Российской Федерации, предусматривающим ответственность за преступления, совершенные по неосторожности.

Если же общественно опасного посягательства не существовало в действительности и окружающая обстановка не давала лицу оснований полагать, что оно происходит, действия лица подлежат квалификации на общих основаниях».

Анализ п. 16 Постановления позволяет сделать следующие выводы:

лицо, действующее в состоянии мнимой обороны, не может быть привлечено к уголовной ответственности за умышленное преступление;
мнимая оборона приравнивается к необходимой в ситуации, когда по обстоятельствам дела обороняющийся не осознавал своего заблуждения и не мог осознавать. Обороняющийся в этом случае или вообще не подлежит ответственности, или привлекается к ответственности за превышение пределов необходимой обороны, если он превысил пределы допустимой защиты;
содеянное в состоянии мнимой обороны признается неосторожным преступлением в ситуации, когда обороняющийся не осознавал своего заблуждения, но по обстоятельствам дела должен был и мог осознавать;
необходимо различать мнимую оборону, при которой имеются реальные основания полагать, что совершается общественно опасное посягательство, и воображаемую оборону, когда общественно опасное посягательство существовало лишь в воображении лица. В подобной ситуации лицо подлежит ответственности на общих основаниях.

Причинение вреда посягающему лицу — одно из важнейших условий необходимой обороны. Причинение вреда третьим лицам не подпадает под понятие необходимой обороны. Причинение вреда третьим лицам может образовывать преступление, совершенное в состоянии крайней необходимости, умышленное или неосторожное преступление против личности, невиновное причинение вреда и др. Для необходимой обороны характерным является то, что вред причиняется именно посягающему лицу. Ибо путем причинения вреда посягающему лицу и происходит пресечение или предотвращение общественно опасного посягательства с его стороны.

Так, И., обороняясь от преследовавших его группы хулиганов, бросил в них камень, но попал в не причастного к нападению гражданина, причинив повреждение. И. был осужден за причинение тяжкого вреда здоровью при превышении пределов необходимой обороны.

При новом рассмотрении дела И. признан виновным в неосторожном причинении тяжкого вреда здоровью потерпевшего(1).

В данном случае квалификация действий И. судом была произведена неправильно. Несмотря на то что И. оборонялся от группы преследовавших его хулиганов, вред, причиненный постороннему гражданину, не может быть квалифицирован по правилам необходимой обороны. В этом случае возможна уголовная ответственность И. за неосторожное причинение тяжкого вреда здоровью, поскольку он не предвидел, что в результате его действий пострадают посторонние, но по обстоятельствам дела должен был и мог предвидеть.

По мнению Пленума Верховного Суда Российской Федерации, высказанному в п. 25 Постановления, вред, причиненный третьим лицам, может оцениваться следующим образом:

как правомерное причинение вреда по основаниям, предусмотренным ст.ст. 39, 41 или ст. 42 УК РФ;
как невиновное причинение вреда (казус);
как умышленное преступление;
как неосторожное преступление.

Таким образом, вред причиненный третьим лицам в состоянии необходимой обороны, подлежит самостоятельной уголовно-правовой оценке исходя из обстоятельств дела и отношения обороняющегося лица. Причинение вреда третьим лицам может быть квалифицировано как умышленное или неосторожное преступление или признаваться совершенным при обстоятельствах, исключающих преступность деяния.

Одним из наиболее сложных является вопрос об ответственности за превышение пределов необходимой обороны. Данному вопросу в Постановлении уделено значительное внимание.

Прежде всего, Пленум указал на обстоятельства, предусмотренные законом, исключающие ответственность за превышение пределов необходимой обороны, т. е. за умышленное причинение смерти или тяжкого вреда здоровью:

1) отражение посягательства, сопряженного с насилием, опасным для жизни обороняющегося или другого лица, либо с непосредственной угрозой применения такого насилия (ч. 1 ст. 37 УК РФ);
2) причинение последствий вследствие неожиданности посягательства (ч. 21 ст. 37 УК РФ);
3) не было допущено превышения пределов необходимой обороны (ч. 2 ст. 37 УК РФ).
Отрадно, что Пленум Верховного Суда Российской Федерации не уклонился от разъяснения основных терминов закона, вызывающих большие сложности в правоприменительной практике.

В частности, в п. 2 Постановления под общественно опасным посягательством, сопряженным с насилием, опасным для жизни обороняющегося или другого лица, Пленум предложил понимать деяние, которое в момент его совершения создавало реальную опасность для жизни обороняющегося или другого лица. О наличии такого посягательства, по его мнению, могут свидетельствовать, в частности:

причинение вреда здоровью, создающего реальную угрозу для жизни обороняющегося или другого лица (например, ранения жизненно важных органов);
применение способа посягательства, создающего реальную угрозу для жизни обороняющегося или другого лица (применение оружия или предметов, используемых в качестве оружия, удушение, поджог и т. п.).

Пленум посчитал, что непосредственная угроза применения насилия, опасного для жизни обороняющегося или другого лица, может выражаться, в частности, в высказываниях о намерении немедленно причинить обороняющемуся или другому лицу смерть или вред здоровью, опасный для жизни, демонстрации нападающим оружия или предметов, используемых в качестве оружия, взрывных устройств, если с учетом конкретной обстановки имелись основания опасаться осуществления этой угрозы.

В пункте 4 Постановления Пленум указал, что при выяснении вопроса, являлись ли для оборонявшегося лица неожиданными действия посягавшего, вследствие чего оборонявшийся не мог объективно оценить степень и характер опасности нападения (ч. 21 ст. 37 УК РФ), суду следует принимать во внимание время, место, обстановку и способ посягательства, предшествовавшие посягательству события, а также эмоциональное состояние оборонявшегося лица (состояние страха, испуга, замешательства в момент нападения и т. п.). Неожиданным может быть признано посягательство, совершенное в ночное время с проникновением в жилище, когда оборонявшееся лицо в состоянии испуга не смогло объективно оценить степень и характер опасности такого посягательства.

По нашему мнению, неожиданность посягательства означает, что человек внезапно столкнулся с посягательством, характер и направленность которого представляются для него неопределенными, однако сомнений в общественной опасности данного деяния у него нет. Например, на его глазах хватают прохожего, оказывающего сопротивление и зовущего на помощь, и пытаются затолкать его в машину. Или внезапно наносят удар встречному на улице, и неизвестно, чем это может закончиться. В этом случае возможны любые ответные действия, в том числе и причинение посягающему смерти.

В Постановлении Пленума Верховного Суда Российской Федерации дано разъяснение понятия превышения пределов необходимой обороны в нескольких взаимосвязанных пунктах.

В частности, в п. 3 Постановления раскрывается понятие посягательства, сопряженного с насилием, не опасным для жизни

обороняющегося или другого лица, либо с непосредственной угрозой применения такого насилия. Именно при таком посягательстве и возможно превышение пределов необходимой обороны, если не было неожиданности посягательства. Пленум дал примерный перечень подобных посягательств (побои, причинение легкого или средней тяжести вреда здоровью, грабеж, совершенный с применением насилия, не опасного для жизни или здоровья), а также указал на то, что это могут быть любые умышленные и неосторожные деяния, предусмотренные Особенной частью Уголовного кодекса Российской Федерации, которые хотя и не сопряжены с насилием, однако с учетом их содержания могут быть предотвращены или пресечены путем причинения посягающему вреда.

В пункте 11 Постановления обращается внимание на то, что «уголовная ответственность за причинение вреда наступает для оборонявшегося лишь в случае превышения пределов необходимой обороны, то есть когда по делу будет установлено, что оборонявшийся прибегнул к защите от посягательства, указанного в части 2 статьи 37 УК РФ, такими способами и средствами, применение которых явно не вызывалось характером и опасностью посягательства, и без необходимости умышленно причинил посягавшему тяжкий вред здоровью или смерть. При этом ответственность за превышение пределов необходимой обороны наступает только в случае, когда по делу будет установлено, что оборонявшийся осознавал, что причиняет вред, который не был необходим для предотвращения или пресечения конкретного общественно опасного посягательства».

В пункте 13 Постановления Пленум рекомендует решать вопрос о наличии признаков превышения пределов необходимой обороны с учетом целого ряда обстоятельств, в частности таких, как объект посягательства, избранный посягавшим способ достижения результата, тяжесть последствий, которые могли наступить в случае доведения посягательства до конца, наличие необходимости причинения посягавшему смерти или тяжкого вреда здоровью для предотвращения или пресечения посягательства, место и время посягательства, неожиданность посягательства, число лиц, посягавших и оборонявшихся, наличие оружия или иных предметов, использованных в качестве оружия, возможность оборонявшегося лица отразить посягательство. Кроме того, Пленум рекомендует решать вопрос о наличии превышения пределов необходимой обороны на основании любых иных обстоятельств, которые могли повлиять на реальное соотношение сил посягавшего и оборонявшегося.

Это интересно:  Сокращены сроки перечисления средств материнского капитала

Однако не всякое несоответствие мер защиты характеру и опасности посягательства может быть признано превышением пределов необходимой обороны. Пленум разъясняет, что обороняющееся лицо из-за душевного волнения, вызванного посягательством, не всегда может правильно оценить характер и опасность посягательства и, как следствие, избрать соразмерные способ и средства защиты. По мнению Пленума, действия оборонявшегося лица нельзя рассматривать как совершенные с превышением пределов необходимой обороны, если причиненный вред хотя и оказался большим, чем вред предотвращенный, но при причинении вреда здоровью не было допущено явного несоответствия мер защиты характеру и опасности посягательства (п. 14 Постановления).

В пункте 12 Постановления обращено внимание на то, что лицо вправе применить к любому из посягающих такие меры защиты, которые определяются характером и опасностью всей группы.

Интерпретируя данные указания, можно сделать вывод о том, что, по мнению Пленума Верховного Суда Российской Федерации, превышение пределов необходимой обороны — это умышленное, осознанное причинение посягающему смерти или тяжкого вреда здоровью, когда это не вызывалось характером и опасностью посягательства.

В Постановлении Пленума Верховного Суда Российской Федерации уделено внимание проблемам отграничения преступлений, совершенных при превышении пределов необходимой обороны, от смежных составов. Так, в п. 15 Постановления указано, что преступление в состоянии аффекта отличается от преступления, совершенного при превышении пределов необходимой обороны,

тем, что оно совершается не с целью защиты и для него обязательно наличие состояния сильного душевного волнения, вызванного противоправными или аморальными действиями потерпевшего.

При наличии в деянии виновного лица признаков превышения пределов необходимой обороны в состоянии внезапно возникшего сильного душевного волнения (аффекта) его действия надлежит квалифицировать по статье, предусматривающей ответственность за превышение пределов необходимой обороны. Иначе говоря, при конкуренции указанных составов предпочтение при квалификации должно отдаваться более привилегированному составу.

Пленум Верховного Суда подтвердил идею о том, что при конкуренции привилегированного и квалифицированного составов применяется привилегированный состав, указав в п. 26 Постановления, что убийство, совершенное при превышении пределов необходимой обороны, подлежит квалификации по соответствующей части ст. 108 УК РФ и в тех случаях, когда оно сопряжено с обстоятельствами, предусмотренными в пп. «а», «г», «е» ч. 2 ст. 105 УК РФ. Кроме того, Пленум отметил, что убийство, совершенное при превышении пределов необходимой обороны, должно быть квалифицировано только по ст. 108 УК РФ и тогда, когда оно совершено при обстоятельствах, с которыми обычно связано представление об особой жестокости (например, убийство в присутствии близких потерпевшему лиц).

Таким образом, если виновный при превышении пределов необходимой обороны причинил смерть двум или более лицам, убил женщину, заведомо для виновного находящуюся в состоянии беременности, совершил убийство общеопасным способом или с особой жестокостью, содеянное им не подлежит ответственности по ч. 2 ст. 105 УК РФ как квалифицированное убийство.

Вопрос о соотношении институтов необходимой обороны и задержания преступника решен в п. 18 Постановления следующим образом:

«Задержание лица, совершившего преступление, может производиться и при отсутствии непосредственной опасности совершения задерживаемым лицом общественно опасного посягательства. При этом задержание такого лица осуществляется с целью доставить его в органы власти и тем самым пресечь возможность совершения им новых преступлений.

Если в процессе задержания задерживаемое лицо совершает общественно опасное посягательство, в том числе сопряженное с насилием, опасным для жизни задерживающего его лица или иных лиц, либо с непосредственной угрозой применения такого насилия, причинение вреда в отношении задерживаемого лица следует рассматривать по правилам о необходимой обороне (статья 37 УК РФ)».

Таким образом, из данных рекомендаций следует, что институт задержания лица, совершившего преступление, применяется лишь в том случае, если отсутствуют основания для применения института необходимой обороны. Если задерживаемый оказывает сопротивление, то причиненный ему вред должен оцениваться по правилам необходимой обороны.

В анализируемом Постановлении Пленума Верховного Суда Российской Федерации содержится целый ряд новелл, касающихся ранее не получавших разъяснения со стороны высшей судебной инстанции вопросов.

Так, в судебной практике иногда возникала проблема квалификации действий лица при причинении посягающему тяжкого вреда здоровью, повлекшем по неосторожности его смерть, поскольку статьи, предусматривающей ответственность за превышение пределов необходимой обороне в этом случае, аналогичной ч. 4 ст. 111 УК РФ, в законе нет.

В пункте 11 Постановления Пленум дал следующую рекомендацию: «Умышленное причинение тяжкого вреда здоровью при превышении пределов необходимой обороны, повлекшее по неосторожности смерть посягавшего лица, надлежит квалифицировать только по части 1 статьи 114 УК РФ».

Ответил Пленум в п. 11 Постановления и на вопрос, давно волновавший ученых и правоприменителей,

об уголовно-правовой оценке действий лица, которое в состоянии необходимой обороны причинило посягавшему иной вред здоровью, а не только смерть или тяжкий вред здоровью. В подобных случаях возможна уголовная ответственность за умышленное причинение вреда здоровью, а состояние необходимой обороны можно признавать обстоятельством, смягчающим наказание. По мнению Пленума Верховного Суда Российской Федерации, умышленное причинение посягавшему лицу средней тяжести или легкого вреда здоровью либо нанесение побоев, а также причинение любого вреда здоровью по неосторожности, если это явилось следствием действий оборонявшегося лица при отражении общественно опасного посягательства, не влечет за собой уголовной ответственности, т. е. признается уголовно ненаказуемым. Нам представляется эта рекомендация правильной.

Кроме того, Пленум Верховного Суда Российской Федерации признал, что институт необходимой обороны распространяется на случаи применения не запрещенных законом автоматически срабатывающих или автономно действующих средств или приспособлений для защиты от общественно опасных посягательств: «Если в указанных случаях причиненный посягавшему лицу вред явно не соответствовал характеру и опасности посягательства, содеянное следует оценивать как превышение пределов необходимой обороны. При срабатывании (приведении в действие) таких средств или приспособлений в условиях отсутствия общественно опасного посягательства содеянное подлежит квалификации на общих основаниях» (п. 17 Постановления).

Следовательно, по мнению Пленума Верховного Суда Российской Федерации, если автоматически срабатывающие или автономно действующие средства или приспособления причинили вред в момент общественно опасного посягательства, то они оцениваются по правилам о необходимой обороне, а если при отсутствии общественно опасного посягательства, то по общим основаниям.

Нельзя не отметить и того, что Пленум положительно ответил на вопрос о возможности коллективной обороны, признав, что убийство, совершенное при превышении пределов необходимой обороны несколькими лицами, совместно защищавшимися от общественно опасного посягательства, следует квалифицировать по ст. 108 УК РФ (п. 26 Постановления).

Оценивая рекомендации Пленума Верховного Суда Российской Федерации в целом, следует отметить, что сделан еще один серьезный и положительный шаг в направлении упорядочения правоприменительной практики. Пленум дал рекомендации по многочисленным вопросам, возникающим в деятельности судов. Однако одновременно и поставил проблемы, которые потребуют своего разрешения в ближайшем будущем. Поэтому научные изыскания, касающиеся института необходимой обороны, по-прежнему ждут своего исследователя.

Ппвс о необходимой обороне консультант

г. Москва 27 сентября 2012 г.

Принимая во внимание значение права на необходимую оборону для защиты безопасности личности, общества и государства, а также права на причинение вреда при задержании лица, совершившего преступление, для надлежащего исполнения своих обязанностей по задержанию правонарушителей представителями власти и для выполнения гражданами своего общественного долга по поддержанию правопорядка, Пленум Верховного Суда Российской Федерации в целях обеспечения единства судебной практики, руководствуясь статьей 126 Конституции Российской Федерации и на основании пункта 1 части 4 статьи 14 Федерального конституционного закона от 7 февраля 2011 года N 1-ФКЗ,

1. Обратить внимание судов на то, что при решении вопроса о наличии или отсутствии состояния необходимой обороны следует устанавливать: имело ли место общественно опасное посягательство в отношении интересов обороняющегося или иного лица, а равно в отношении охраняемых законом интересов общества или государства либо реальная угроза такого посягательства; был ли вред причинен тому лицу, которое совершило такое посягательство; были ли действия посягавшего лица сопряжены с насилием, опасным для жизни оборонявшегося или другого лица, либо с непосредственной угрозой применения такого насилия; был ли ясен для обороняющегося лица момент начала и окончания посягательства; в какой обстановке совершалось посягательство; соответствовала ли защита характеру и опасности посягательства, а также иные обстоятельства, свидетельствующие о правомерности причинения вреда посягающему лицу.

2. Разъяснить судам, что под общественно опасным посягательством, защита от которого допустима в пределах, установленных статьей 37 УК РФ, следует понимать не только деяния, сопряженные с насилием либо непосредственной угрозой его применения, но и иные деяния, предусмотренные Особенной частью Уголовного кодекса Российской Федерации. При этом не имеет значения, привлечено ли лицо, совершившее указанные общественно опасные деяния, к уголовной ответственности или освобождено от нее в связи с невменяемостью, недостижением возраста привлечения к уголовной ответственности или по другим предусмотренным законом основаниям.

3. Судам следует иметь в виду, что состояние необходимой обороны возникает не только в самый момент общественно опасного посягательства, но и при наличии реальной угрозы такого посягательства.
Действия оборонявшегося лица, причинившего вред посягавшему, не могут считаться совершенными в состоянии необходимой обороны, если вред причинен после того, как посягательство было предотвращено или окончено и в применении средств защиты явно отпала необходимость. В этих случаях причинение вреда посягавшему лицу может рассматриваться по правилам статьи 38 УК РФ либо оборонявшееся лицо подлежит ответственности на общих основаниях. В целях правильной юридической оценки таких действий суды с учетом всей обстановки происшествия также должны выяснять, не совершены ли оборонявшимся лицом эти действия в состоянии внезапно возникшего сильного душевного волнения, вызванного общественно опасным посягательством.

4. Состояние необходимой обороны может иметь место и тогда, когда защита последовала непосредственно за актом хотя бы и оконченного посягательства, но по обстоятельствам дела для оборонявшегося не был ясен момент его окончания. Переход оружия или других предметов, использованных при нападении, от посягавшего к оборонявшемуся сам по себе не может свидетельствовать об окончании посягательства.

5. Исходя из положений части 1 статьи 37 УК РФ при защите от общественно опасного посягательства, сопряженного с насилием, опасным для жизни обороняющегося или другого лица, либо с непосредственной угрозой применения такого насилия, обороняющееся лицо вправе воспользоваться любыми средствами и причинить любой вред посягающему.
При этом общественно опасное посягательство, сопряженное с насилием, опасным для жизни обороняющегося или другого лица, представляет собой деяние, которое в момент его совершения создавало реальную опасность для их жизни. О наличии такого посягательства могут свидетельствовать, в частности, применение оружия или предметов, используемых в качестве оружия, нанесение ударов в область жизненно важных органов, удушение и т.п.
Непосредственная угроза применения насилия, опасного для жизни обороняющегося или другого лица, может выражаться в высказываниях о намерении немедленно причинить смерть обороняющемуся или другому лицу, в демонстрации посягающим лицом оружия или предметов, используемых в качестве оружия и т.п., если в зависимости от конкретной обстановки происшествия имелись основания опасаться осуществления этой угрозы.

6. Не может быть признано находившимся в состоянии необходимой обороны лицо, которое намеренно вызвало нападение, чтобы использовать его как повод для совершения противоправных действий в целях развязывания драки, совершения акта мести, сокрытия или инсценировки иного преступления. Содеянное в таких случаях должно квалифицироваться на общих основаниях.

7. Обратить внимание судов, что причинение вреда в результате установки гражданами для обеспечения сохранности своего имущества автоматически срабатывающих или автономно действующих устройств или приспособлений (ловушек, капканов, взрывных устройств и т.п.) не может расцениваться как совершенное в состоянии необходимой обороны, поскольку на момент установки данных устройств или приспособлений общественно опасное посягательство отсутствовало.

8. Судам необходимо различать состояние необходимой обороны и состояние так называемой мнимой обороны, когда отсутствует реальное общественно опасное посягательство и лицо ошибочно предполагает его наличие.
В тех случаях, когда обстановка происшествия давала основание полагать, что совершается реальное посягательство, и лицо, применившее средства защиты, не сознавало и не могло сознавать ошибочность своего предположения, его действия следует рассматривать как совершенные в состоянии необходимой обороны. Если при этом лицо превысило пределы защиты, допустимой в условиях соответствующего реального посягательства, не сопряженного с насилием, опасным для жизни обороняющегося или другого лица, оно подлежит ответственности за превышение пределов необходимой обороны.
Если же посягательство не существовало в действительности и окружающая обстановка не давала лицу никаких оснований полагать, что оно происходит, действия лица подлежат квалификации по статьям Уголовного кодекса Российской Федерации, предусматривающим ответственность за причинение вреда по неосторожности.

9. Действия обороняющегося лица могут быть признаны превышением пределов необходимой обороны лишь в тех случаях, когда защита осуществлялась им от общественно опасного посягательства, не сопряженного с насилием, опасным для его жизни или жизни другого лица, либо с непосредственной угрозой применения такого насилия.
Исходя из положений части 2 статьи 37 УК РФ превышением пределов необходимой обороны признается лишь явное несоответствие защиты характеру и опасности посягательства, когда посягающему лицу без необходимости умышленно причиняется вред, указанный в части 1 статьи 108 или части 1 статьи 114 УК РФ.
Не влечет уголовную ответственность причинение посягавшему лицу вреда по неосторожности, если оно явилось следствием активных действий обороняющегося при отражении общественно опасного посягательства. Причинение тяжкого вреда здоровью при превышении пределов необходимой обороны, повлекшее по неосторожности смерть посягавшего лица, надлежит квалифицировать только по части 1 статьи 114 УК РФ.

10. При решении вопроса о наличии или отсутствии признаков превышения пределов необходимой обороны суды должны учитывать:
характер опасности, угрожавшей оборонявшемуся лицу, в том числе интенсивность нападения, избранный посягавшим лицом способ достижения преступного результата, тяжесть последствий, которые могли наступить в случае доведения посягательства до конца;
силы и возможности оборонявшегося лица по отражению посягательства (число лиц, посягавших и оборонявшихся, их возраст и пол, физическое развитие, обладание навыками различного рода силовых единоборств, пребывание в состоянии опьянения, наличие оружия или иных предметов, используемых в качестве оружия, и т.д.);
иные обстоятельства, которые могли повлиять на реальное соотношение сил посягавшего и оборонявшегося лица (место и время посягательства, обстановка, предшествующая посягательству, и т.д.).

11. При совершении посягательства группой лиц обороняющееся лицо вправе применить к любому из посягавших лиц такие меры защиты, которые определяются характером и опасностью действий всей группы.

12. Учитывая, что обороняющееся лицо из-за душевного волнения, вызванного нападением, не всегда может правильно оценить характер и опасность посягательства и, как следствие, избрать соразмерные способ и средства защиты, судам не следует действия обороняющегося лица расценивать как совершенные с превышением пределов необходимой обороны, если при причинении вреда не было допущено явного несоответствия защиты характеру и опасности посягательства, а причиненный вред оказался большим, чем вред предотвращенный.

13. При исследовании вопроса о том, насколько неожиданными были для обороняющегося лица действия посягавшего, вследствие чего обороняющийся не мог объективно оценить степень и характер опасности нападения (часть 21 статьи 37 УК РФ), суду следует принимать во внимание время, место и способ совершенного посягательства, а также предшествующие посягательству события и психическое состояние оборонявшегося лица.

14. Суды должны отграничивать убийство и причинение тяжкого вреда здоровью при превышении пределов необходимой обороны (часть 1 статьи 108 и часть 1 статьи 114 УК РФ) от убийства и причинения тяжкого вреда здоровью в состоянии внезапно возникшего сильного душевного волнения (аффекта) (статья 107 и статья 113 УК РФ). Обязательным признаком преступлений, совершенных в состоянии внезапно возникшего сильного душевного волнения, вызванного действиями потерпевшего, является причинение вреда под влиянием именно такого волнения, тогда как для преступлений, совершенных при превышении пределов необходимой обороны, этот признак необязателен.
Если обороняющееся лицо превысило пределы необходимой обороны в состоянии внезапно возникшего сильного душевного волнения, его действия надлежит квалифицировать по части 1 статьи 108 или части 1 статьи 114 УК РФ.

15. Обратить внимание судов на то, что квалификация содеянного по части 3 статьи 30, части 1 статьи 108 УК РФ, а также по части 3 статьи 30, части 1 статьи 114 УК РФ возможна только при установлении прямого умысла на причинение смерти или на причинение тяжкого вреда здоровью.
В иных случаях, если в результате превышения пределов необходимой обороны последствия, которые охватывались умыслом оборонявшегося лица, по независящим от него обстоятельствам не наступили (например, ввиду вмешательства третьих лиц, своевременного оказания потерпевшему медицинской помощи), такое лицо подлежит ответственности только за фактически содеянное.

16. Обратить внимание судов на то, что согласно положениям части 3 статьи 37 УК РФ правомерность действий сотрудников правоохранительных органов, причинивших в ходе пресечения общественно опасного посягательства вред посягающему лицу, следует оценивать по правилам о необходимой обороне.

17. Судам при отграничении необходимой обороны (статья 37 УК РФ) от причинения вреда при задержании лица, совершившего преступление (статья 38 УК РФ), необходимо иметь в виду, что задержание лица, совершившего преступление, производится при отсутствии непосредственной опасности осуществления задерживаемым лицом общественно опасного посягательства.
Если в процессе задержания задерживаемое лицо совершает общественно опасное посягательство, в том числе сопряженное с насилием, опасным для жизни задерживающего его лица или иных лиц, либо с непосредственной угрозой применения такого насилия, причинение вреда в отношении задерживаемого следует рассматривать по правилам о необходимой обороне (статья 37 УК РФ).

18. Основанием для причинения вреда по правилам статьи 38 УК РФ может служить совершение задерживаемым лицом любого преступного деяния, предусмотренного Особенной частью Уголовного кодекса.
Если задерживающий добросовестно заблуждался относительно характера совершаемого общественно опасного посягательства, принимая за преступление административное правонарушение, в тех случаях, когда обстановка происшествия давала ему основания полагать, что совершается преступление, и задерживающий не сознавал и не мог сознавать ошибочность своего предположения, его действия следует рассматривать по правилам статьи 38 УК РФ.
В иных случаях лицо, причинившее вред, подлежит ответственности на общих основаниях.

19. Положения статьи 38 УК РФ о правомерности причинения вреда при задержании лица, совершившего преступление, могут применяться не только в отношении представителей власти, но и в отношении иных лиц, которые стали жертвами преступления или его непосредственными очевидцами.

20. При решении вопроса о правомерности причинения вреда лицу, совершившему преступление, судам необходимо устанавливать невозможность иными средствами задержать такое лицо. О наличии этого условия могут свидетельствовать невыполнение задерживаемым лицом требований следовать в полицию, попытка скрыться, отсутствие возможности в создавшейся обстановке обратиться за помощью к другим лицам или органам власти либо их бездействие и т.п.

21. Характер общественной опасности преступления определяется содержанием объекта посягательства, формы вины, а степень общественной опасности преступления — в зависимости от конкретных обстоятельств содеянного, в частности от размера вреда и тяжести наступивших последствий, степени осуществления преступного намерения, способа совершения преступления, роли задерживаемого лица в преступлении, совершенном в соучастии.
Под обстоятельствами задержания (обстановкой задержания), которые должны учитываться при определении размеров допустимого вреда, следует понимать все обстоятельства, которые могли повлиять на способность к задержанию с минимальным причинением вреда задерживаемому лицу с одновременным пресечением возможности совершения им новых преступлений (место и время преступления, непосредственно за которым следует задержание, количество, возраст и пол задерживающих и задерживаемых, их физическое развитие, вооруженность, наличие сведений об их агрессивном поведении, вхождении в состав банды, преступного сообщества (преступной организации), террористической организации и т.п.).
Превышение мер, необходимых для задержания лица, совершившего преступление, влечет за собой уголовную ответственность только в случаях умышленного причинения вреда.

22. Судам следует иметь в виду, что при задержании лица, совершившего преступление, недопустимо причинение вреда третьим лицам. В случае совершения преступления группой лиц причинение вреда возможно только в отношении тех соучастников, которых задержать иными средствами не представлялось возможным.
Если задерживающий добросовестно заблуждался относительно того, кто именно совершил преступление, а обстановка происшествия давала ему основания полагать, что преступление было совершено третьим лицом, при этом задерживающий не сознавал и не мог сознавать ошибочность своего предположения, его действия следует рассматривать в соответствии с положениями статьи 38 УК РФ, в том числе о допустимых пределах причинения вреда.
В иных случаях лицо, причинившее вред, подлежит ответственности на общих основаниях.

23. Если при соблюдении всех иных условий правомерности причинения вреда при задержании лица, совершившего преступление, задерживаемому был причинен вред, менее значимый, чем это предусмотрено в части 2 статьи 114 УК РФ, в действиях задерживающего лица отсутствует состав преступления.

Это интересно:  Можно ли не сдавать электронный больничный?

24. Разъяснить судам, что убийство, совершенное при превышении пределов необходимой обороны, а равно при превышении мер, необходимых для задержания лица, совершившего преступление, подлежит квалификации по соответствующей части статьи 108 УК РФ и в тех случаях, когда оно сопряжено с обстоятельствами, предусмотренными в пунктах , , части 2 статьи 105 УК РФ, а также при совершении данного преступления группой лиц.

25. При решении вопроса о правомерности действий сотрудников правоохранительных органов, военнослужащих, работников организаций, в которых законодательством для исполнения возложенных на них федеральными законами обязанностей разрешено применение оружия, причинивших в ходе пресечения общественно опасного посягательства или в ходе задержания лица, совершившего преступление, вред посягавшему лицу с использованием оружия, судом должно быть установлено соблюдение указанными лицами предусмотренного законодательством порядка применения оружия.
При этом суду следует иметь в виду, что не может признаваться преступлением причинение вреда лицом, применившим оружие с нарушениями установленного действующим законодательством порядка его применения, если исходя из складывающейся обстановки промедление в применении оружия создавало непосредственную опасность для жизни людей или могло повлечь за собой иные тяжкие последствия.

26. Обратить внимание судов на то, что в соответствии со статьей 1066 ГК РФ вред, причиненный в состоянии необходимой обороны, не подлежит возмещению, если при этом не были превышены ее пределы.
Решая вопрос о возмещении вреда, причиненного в результате совершения преступлений, предусмотренных статьей 108 и статьей 114 УК РФ, суды должны учитывать, что вред в таких случаях возмещается на общих основаниях (статья 1064 ГК РФ). При этом размер возмещения определяется судом с учетом вины как причинителя вреда, так и потерпевшего, действиями которого было вызвано причинение вреда. Суд, приняв во внимание имущественное положение лица, причинившего вред, вправе уменьшить подлежащую взысканию сумму (статья 1083 ГК РФ).

27. Рекомендовать судам при назначении наказания лицам, виновным в убийстве, причинении тяжкого или средней тяжести вреда здоровью при превышении пределов необходимой обороны или мер, необходимых для задержания лица, совершившего преступление, обсуждать вопрос о возможности назначения им наказания, не связанного с лишением свободы, с учетом обстоятельств дела и данных об их личности.

28. В связи с принятием настоящего постановления считать не действующим на территории Российской Федерации постановление Пленума Верховного Суда СССР от 16 августа 1984 г. N 14 «О применении судами законодательства, обеспечивающего право на необходимую оборону от общественно опасных посягательств».

Председатель Верховного Суда
Российской Федерации В.М. Лебедев

Секретарь Пленума, судья
Верховного Суда
Российской Федерации В.В. Дорошков

Горячая линия

(347) 291 20 70

Постановление Пленума Верховного Суда РФ от 27.09.2012 N 19

Документ опубликован не был

Примечание к документу

Постановление Пленума Верховного Суда РФ от 27.09.2012 N 19

О применении судами законодательства о необходимой обороне и причинении вреда при задержании лица, совершившего преступление»

ПЛЕНУМ ВЕРХОВНОГО СУДА РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

от 27 сентября 2012 г. N 19

О ПРИМЕНЕНИИ СУДАМИ ЗАКОНОДАТЕЛЬСТВА

О НЕОБХОДИМОЙ ОБОРОНЕ И ПРИЧИНЕНИИ ВРЕДА ПРИ ЗАДЕРЖАНИИ

ЛИЦА, СОВЕРШИВШЕГО ПРЕСТУПЛЕНИЕ

Обеспечение защиты личности, общества и государства от общественно опасных посягательств является важной функцией государства. Для ее реализации Уголовный кодекс Российской Федерации не только определяет, какие деяния признаются преступлениями, но и устанавливает основания для признания правомерным причинение вреда лицам, посягающим на охраняемые уголовным законом социальные ценности. В частности, к таким основаниям относятся необходимая оборона (статья 37 УК РФ) и задержание лица, совершившего преступление (статья 38 УК РФ).

Уголовно-правовая норма о необходимой обороне, являясь одной из гарантий реализации конституционного положения о том, что каждый вправе защищать свои права и свободы всеми способами, не запрещенными законом (часть 2 статьи 45 Конституции Российской Федерации), обеспечивает защиту личности и прав обороняющегося, других лиц, а также защиту охраняемых законом интересов общества или государства от общественно опасного посягательства.

Задержание лица, совершившего преступление, в целях доставления его в органы власти выступает одним из средств обеспечения неотвратимости уголовной ответственности и пресечения совершения им новых преступлений.

Институты необходимой обороны и причинения вреда при задержании лица, совершившего преступление, призваны обеспечить баланс интересов, связанных с реализацией предусмотренных в части 1 статьи 2 УК РФ задач уголовного законодательства по охране социальных ценностей, с одной стороны, и с возможностью правомерного причинения им вреда — с другой. В этих целях в статьях 37 и 38 УК РФ установлены условия, при наличии которых действия, причинившие тот или иной вред объектам уголовно-правовой охраны, не образуют преступления.

Международное сообщество, признавая вынужденный характер такого вреда, также стремится минимизировать его. В соответствии со статьей 2 Конвенции о защите прав человека и основных свобод 1950 года лишение жизни допустимо только тогда, когда это обусловлено защитой лица от противоправного насилия, а также для осуществления законного задержания или предотвращения побега лица, заключенного под стражу на законных основаниях.

С учетом значимости положений статей 37 и 38 УК РФ для обеспечения гарантий прав лиц, активно защищающих свои права или права других лиц, охраняемые законом интересы общества или государства от общественно опасных посягательств, для предупреждения и пресечения преступлений, а также в связи с вопросами, возникающими у судов в ходе применения указанных норм, Пленум Верховного Суда Российской Федерации, в целях формирования единообразной судебной практики и руководствуясь статьей 126 Конституции Российской Федерации и статьями 9, 14 Федерального конституционного закона от 7 февраля 2011 года N 1-ФКЗ «О судах общей юрисдикции в Российской Федерации»,

1. Обратить внимание судов на то, что положения статьи 37 УК РФ в равной мере распространяются на всех лиц, находящихся в пределах действия Уголовного кодекса Российской Федерации, независимо от профессиональной или иной специальной подготовки и служебного положения, от того, причинен ли лицом вред при защите своих прав или прав других лиц, охраняемых законом интересов общества или государства, а также независимо от возможности избежать общественно опасного посягательства или обратиться за помощью к другим лицам или органам власти.

2. В части 1 статьи 37 УК РФ общественно опасное посягательство, сопряженное с насилием, опасным для жизни обороняющегося или другого лица, представляет собой деяние, которое в момент его совершения создавало реальную опасность для жизни обороняющегося или другого лица. О наличии такого посягательства могут свидетельствовать, в частности:

причинение вреда здоровью, создающего реальную угрозу для жизни обороняющегося или другого лица (например, ранения жизненно важных органов);

применение способа посягательства, создающего реальную угрозу для жизни обороняющегося или другого лица (применение оружия или предметов, используемых в качестве оружия, удушение, поджог и т.п.).

Непосредственная угроза применения насилия, опасного для жизни обороняющегося или другого лица, может выражаться, в частности, в высказываниях о намерении немедленно причинить обороняющемуся или другому лицу смерть или вред здоровью, опасный для жизни, демонстрации нападающим оружия или предметов, используемых в качестве оружия, взрывных устройств, если с учетом конкретной обстановки имелись основания опасаться осуществления этой угрозы.

3. Под посягательством, защита от которого допустима в пределах, установленных частью 2 статьи 37 УК РФ, следует понимать совершение общественно опасных деяний, сопряженных с насилием, не опасным для жизни обороняющегося или другого лица (например, побои, причинение легкого или средней тяжести вреда здоровью, грабеж, совершенный с применением насилия, не опасного для жизни или здоровья).

Кроме этого, таким посягательством является совершение и иных деяний (действий или бездействия), в том числе по неосторожности, предусмотренных Особенной частью Уголовного кодекса Российской Федерации, которые, хотя и не сопряжены с насилием, однако с учетом их содержания могут быть предотвращены или пресечены путем причинения посягающему вреда. К таким посягательствам относятся, например, умышленное или неосторожное уничтожение или повреждение чужого имущества, приведение в негодность объектов жизнеобеспечения, транспортных средств или путей сообщения.

Разъяснить, что состояние необходимой обороны возникает не только с момента начала общественно опасного посягательства, не сопряженного с насилием, опасным для жизни обороняющегося или другого лица, но и при наличии реальной угрозы такого посягательства, то есть с того момента, когда посягающее лицо готово перейти к совершению соответствующего деяния. Суду необходимо установить, что у обороняющегося имелись основания для вывода о том, что имеет место реальная угроза посягательства.

4. При выяснении вопроса, являлись ли для оборонявшегося лица неожиданными действия посягавшего, вследствие чего оборонявшийся не мог объективно оценить степень и характер опасности нападения (часть 2.1 статьи 37 УК РФ), суду следует принимать во внимание время, место, обстановку и способ посягательства, предшествовавшие посягательству события, а также эмоциональное состояние оборонявшегося лица (состояние страха, испуга, замешательства в момент нападения и т.п.). В зависимости от конкретных обстоятельств дела неожиданным может быть признано посягательство, совершенное, например, в ночное время с проникновением в жилище, когда оборонявшееся лицо в состоянии испуга не смогло объективно оценить степень и характер опасности такого посягательства.

5. Состояние необходимой обороны может быть вызвано и общественно опасным посягательством, носящим длящийся или продолжаемый характер (например, незаконное лишение свободы, захват заложников, истязание и т.п.). Право на необходимую оборону в этих случаях сохраняется до момента окончания такого посягательства.

В случае совершения предусмотренных Особенной частью Уголовного кодекса Российской Федерации деяний, в которых юридические и фактические моменты окончания посягательства не совпадают, право на необходимую оборону сохраняется до момента фактического окончания посягательства.

Необходимая оборона может быть признана правомерной независимо от того, привлечено ли посягавшее лицо к уголовной ответственности, в том числе в случае защиты от посягательства лица в состоянии невменяемости или лица, не достигшего возраста, с которого наступает уголовная ответственность.

Не может признаваться находившимся в состоянии необходимой обороны лицо, причинившее вред другому лицу в связи с совершением последним действий, хотя формально и содержащих признаки какого-либо деяния, предусмотренного Уголовным кодексом Российской Федерации, но заведомо для лица, причинившего вред, в силу малозначительности не представлявших общественной опасности.

6. Правомерные действия должностных лиц, находящихся при исполнении своих служебных обязанностей, даже если они сопряжены с причинением вреда или угрозой его причинения, состояние необходимой обороны не образуют (применение в установленных законом случаях силы сотрудниками правоохранительных органов при обеспечении общественной безопасности и общественного порядка и др.).

7. Действия не могут признаваться совершенными в состоянии необходимой обороны, если вред посягавшему лицу причинен после того, как посягательство было предотвращено, пресечено или окончено и в применении мер защиты явно отпала необходимость, что осознавалось оборонявшимся лицом. В таких случаях в зависимости от конкретных обстоятельств дела причинение вреда посягавшему лицу может оцениваться по правилам статьи 38 УК РФ либо оборонявшееся лицо подлежит ответственности на общих основаниях. В целях правильной юридической оценки таких действий суды с учетом всех обстоятельств дела должны выяснять, не совершены ли они оборонявшимся лицом в состоянии внезапно возникшего сильного душевного волнения (аффекта), вызванного общественно опасным посягательством.

8. Разъяснить судам, что состояние необходимой обороны может иметь место в том числе в случаях, когда:

защита последовала непосредственно за актом хотя и оконченного посягательства, но исходя из обстоятельств для оборонявшегося лица не был ясен момент его окончания и лицо ошибочно полагало, что посягательство продолжается;

общественно опасное посягательство не прекращалось, а с очевидностью для оборонявшегося лица лишь приостанавливалось посягавшим лицом с целью создания наиболее благоприятной обстановки для продолжения посягательства или по иным причинам.

Переход оружия или других предметов, использованных в качестве оружия при посягательстве, от посягавшего лица к оборонявшемуся лицу сам по себе не может свидетельствовать об окончании посягательства, если с учетом интенсивности нападения, числа посягавших лиц, их возраста, пола, физического развития и других обстоятельств сохранялась реальная угроза продолжения такого посягательства.

9. Не признается находившимся в состоянии необходимой обороны лицо, которое спровоцировало нападение, чтобы использовать его как повод для совершения противоправных действий (для причинения вреда здоровью, хулиганских действий, сокрытия другого преступления и т.п.). Содеянное в этих случаях квалифицируется на общих основаниях.

10. При защите от общественно опасного посягательства, сопряженного с насилием, опасным для жизни обороняющегося или другого лица, либо с непосредственной угрозой применения такого насилия (часть 1 статьи 37 УК РФ), а также в случаях, предусмотренных частью 2.1 статьи 37 УК РФ, обороняющееся лицо вправе причинить любой по характеру и объему вред посягающему лицу.

11. Разъяснить судам, что уголовная ответственность за причинение вреда наступает для оборонявшегося лишь в случае превышения пределов необходимой обороны, то есть когда по делу будет установлено, что оборонявшийся прибегнул к защите от посягательства, указанного в части 2 статьи 37 УК РФ, такими способами и средствами, применение которых явно не вызывалось характером и опасностью посягательства, и без необходимости умышленно причинил посягавшему тяжкий вред здоровью или смерть. При этом ответственность за превышение пределов необходимой обороны наступает только в случае, когда по делу будет установлено, что оборонявшийся осознавал, что причиняет вред, который не был необходим для предотвращения или пресечения конкретного общественно опасного посягательства.

Умышленное причинение тяжкого вреда здоровью при превышении пределов необходимой обороны, повлекшее по неосторожности смерть посягавшего лица, надлежит квалифицировать только по части 1 статьи 114 УК РФ.

Не влечет уголовную ответственность умышленное причинение посягавшему лицу средней тяжести или легкого вреда здоровью либо нанесение побоев, а также причинение любого вреда по неосторожности, если это явилось следствием действий оборонявшегося лица при отражении общественно опасного посягательства.

12. При посягательстве нескольких лиц обороняющееся лицо вправе применить к любому из посягающих такие меры защиты, которые определяются характером и опасностью действий всей группы.

13. Разрешая вопрос о наличии или отсутствии признаков превышения пределов необходимой обороны, суды должны учитывать:

избранный посягавшим лицом способ достижения результата, тяжесть последствий, которые могли наступить в случае доведения посягательства до конца, наличие необходимости причинения смерти посягавшему лицу или тяжкого вреда его здоровью для предотвращения или пресечения посягательства;

место и время посягательства, предшествовавшие посягательству события, неожиданность посягательства, число лиц, посягавших и оборонявшихся, наличие оружия или иных предметов, использованных в качестве оружия;

возможность оборонявшегося лица отразить посягательство (его возраст и пол, физическое и психическое состояние и т.п.);

иные обстоятельства, которые могли повлиять на реальное соотношение сил посягавшего и оборонявшегося лиц.

Признав в действиях подсудимого признаки превышения пределов необходимой обороны, суд не может ограничиться общей формулировкой и должен обосновать в приговоре свой вывод со ссылкой на конкретные установленные по делу обстоятельства, свидетельствующие о явном несоответствии защиты характеру и опасности посягательства.

14. Судам надлежит иметь в виду, что обороняющееся лицо из-за душевного волнения, вызванного посягательством, не всегда может правильно оценить характер и опасность посягательства и, как следствие, избрать соразмерные способ и средства защиты.

Действия оборонявшегося лица нельзя рассматривать как совершенные с превышением пределов необходимой обороны, если причиненный вред хотя и оказался большим, чем вред предотвращенный, но при причинении вреда не было допущено явного несоответствия мер защиты характеру и опасности посягательства.

15. Следует отграничивать убийство и умышленное причинение тяжкого вреда здоровью при превышении пределов необходимой обороны (часть 1 статьи 108 и часть 1 статьи 114 УК РФ) от убийства и причинения тяжкого вреда здоровью в состоянии внезапно возникшего сильного душевного волнения (аффекта) (статья 107 и статья 113 УК РФ), принимая во внимание, что для преступлений, совершенных в состоянии сильного душевного волнения, характерно причинение вреда потерпевшему не с целью защиты и, следовательно, не в состоянии необходимой обороны. Кроме того, обязательным признаком преступлений, совершаемых в состоянии внезапно возникшего сильного душевного волнения, вызванного действиями потерпевшего, является причинение вреда под влиянием именно указанного волнения, тогда как для преступлений, совершенных при превышении пределов необходимой обороны, этот признак (наличие аффекта) не обязателен.

Если оборонявшееся лицо превысило пределы необходимой обороны в состоянии внезапно возникшего сильного душевного волнения (аффекта), его действия надлежит квалифицировать по части 1 статьи 108 или части 1 статьи 114 УК РФ.

16. Судам необходимо различать состояние необходимой обороны и состояние мнимой обороны, когда отсутствует реальное общественно опасное посягательство и лицо ошибочно предполагает его наличие.

В тех случаях, когда обстановка давала основания полагать, что совершается реальное общественно опасное посягательство, и лицо, применившее меры защиты, не осознавало и не могло осознавать отсутствие такого посягательства, его действия следует рассматривать как совершенные в состоянии необходимой обороны. При этом лицо, превысившее пределы защиты, допустимой в условиях соответствующего реального посягательства, не сопряженного с насилием, опасным для жизни обороняющегося или другого лица, или с непосредственной угрозой применения такого насилия, подлежит ответственности за превышение пределов необходимой обороны.

В тех случаях, когда лицо не осознавало, но по обстоятельствам дела должно было и могло осознавать отсутствие реального общественно опасного посягательства, его действия подлежат квалификации по статьям Уголовного кодекса Российской Федерации, предусматривающим ответственность за преступления, совершенные по неосторожности.

Если же общественно опасного посягательства не существовало в действительности и окружающая обстановка не давала лицу оснований полагать, что оно происходит, действия лица подлежат квалификации на общих основаниях.

17. Разъяснить, что правила о необходимой обороне распространяются на случаи применения не запрещенных законом автоматически срабатывающих или автономно действующих средств или приспособлений для защиты охраняемых уголовным законом интересов от общественно опасных посягательств. Если в указанных случаях причиненный посягавшему лицу вред явно не соответствовал характеру и опасности посягательства, содеянное следует оценивать как превышение пределов необходимой обороны. При срабатывании (приведении в действие) таких средств или приспособлений в условиях отсутствия общественно опасного посягательства содеянное подлежит квалификации на общих основаниях.

18. Обратить внимание судов на признаки, отграничивающие необходимую оборону (статья 37 УК РФ) от причинения вреда при задержании лица, совершившего преступление (статья 38 УК РФ).

Задержание лица, совершившего преступление, может производиться и при отсутствии непосредственной опасности совершения задерживаемым лицом общественно опасного посягательства. При этом задержание такого лица осуществляется с целью доставить его в органы власти и тем самым пресечь возможность совершения им новых преступлений.

Если в процессе задержания задерживаемое лицо совершает общественно опасное посягательство, в том числе сопряженное с насилием, опасным для жизни задерживающего его лица или иных лиц, либо с непосредственной угрозой применения такого насилия, причинение вреда в отношении задерживаемого лица следует рассматривать по правилам о необходимой обороне (статья 37 УК РФ).

19. Право на задержание лица, совершившего преступление, имеют не только уполномоченные на то представители власти, но и иные лица, в том числе пострадавшие от преступления, или ставшие его непосредственными очевидцами, или лица, которым стало достоверно известно о его совершении. Положения статьи 38 УК РФ могут быть применены в отношении указанных лиц в случае причинения ими вреда при задержании лица, совершившего преступление.

20. К лицам, совершившим преступление, следует относить лиц, совершивших как оконченное, так и неоконченное преступление, а также соучастников соответствующего преступления. При этом наличие вступившего в законную силу обвинительного приговора в отношении таких лиц не является обязательным условием при решении вопроса о правомерности причинения им вреда в ходе задержания.

21. При разрешении вопроса о правомерности причинения вреда в ходе задержания лица, совершившего преступление, судам необходимо выяснять обстоятельства, свидетельствующие о невозможности иными средствами задержать такое лицо.

В случае совершения преступления несколькими лицами причинение вреда возможно только в отношении тех соучастников, которых задержать иными средствами не представлялось возможным.

22. Под обстоятельствами задержания (обстановкой задержания), которые должны учитываться при определении размеров допустимого вреда, следует понимать все обстоятельства, которые могли повлиять на возможность задержания с минимальным причинением вреда задерживаемому (место и время преступления, непосредственно за которым следует задержание, количество, возраст и пол задерживающих и задерживаемых, их физическое развитие, вооруженность, наличие сведений об агрессивном поведении задерживаемых, их вхождении в состав банды, террористической организации и т.п.).

23. Обратить внимание судов на то, что превышение мер, необходимых для задержания лица, совершившего преступление, влечет за собой уголовную ответственность только в случаях умышленного причинения смерти, тяжкого или средней тяжести вреда здоровью.

Если лицу, совершившему преступление, при задержании был причинен вред меньший, чем это предусмотрено в части 2 статьи 114 УК РФ, действия задерживавшего лица не образуют состава преступления.

24. Исходя из положений статьи 38 УК РФ задерживающее лицо должно быть уверено, что причиняет вред именно тому лицу, которое совершило преступление (например, когда задерживающий является пострадавшим либо очевидцем преступления, на задерживаемого прямо указали очевидцы преступления как на лицо, его совершившее, когда на задерживаемом или на его одежде, при нем или в его жилище обнаружены явные следы преступления).

Если при задержании лицо добросовестно заблуждалось относительно характера совершенного задержанным лицом противоправного деяния, приняв за преступление административное правонарушение или деяние лица, не достигшего возраста уголовной ответственности, либо лица в состоянии невменяемости, в тех случаях, когда обстановка давала основания полагать, что совершалось преступление, и лицо, осуществлявшее задержание, не осознавало и не могло осознавать действительный характер совершавшегося деяния, его действия следует оценивать по правилам статьи 38 УК РФ, в том числе и о допустимых пределах причинения вреда.

Аналогичным образом следует оценивать и ситуации, когда при задержании лицо добросовестно заблуждалось относительно того, кто именно совершил преступление, а обстановка давала ему основание полагать, что преступление было совершено задержанным им лицом, и при этом лицо, осуществлявшее задержание, не осознавало и не могло осознавать ошибочность своего предположения.

Если при задержании лицо не осознавало, но по обстоятельствам дела должно было и могло осознавать указанные обстоятельства о характере противоправного деяния и о том, кто именно совершил преступление, его действия подлежат квалификации по статьям Уголовного кодекса Российской Федерации, предусматривающим ответственность за преступления, совершенные по неосторожности.

При отсутствии указанных обстоятельств причинение вреда лицу при его задержании подлежит квалификации на общих основаниях.

25. Судам следует отграничивать необходимую оборону и причинение вреда при задержании лица, совершившего преступление, от иных обстоятельств, исключающих преступность деяния, предусмотренных в главе 8 УК РФ.

При необходимой обороне или задержании лица, совершившего преступление, недопустимо причинение вреда третьим лицам. В случае, когда при защите от общественно опасного посягательства или при задержании лица, совершившего преступление, причиняется вред охраняемым уголовным законом интересам третьих лиц, содеянное в зависимости от конкретных обстоятельств может оцениваться как правомерное причинение вреда по основаниям, предусмотренным статьями 39, 41 или 42 УК РФ, как невиновное причинение вреда либо как умышленное или неосторожное преступление.

26. Разъяснить судам, что убийство, совершенное при превышении пределов необходимой обороны, а равно при превышении мер, необходимых для задержания лица, совершившего преступление, подлежит квалификации по соответствующей части статьи 108 УК РФ и в тех случаях, когда оно сопряжено с обстоятельствами, предусмотренными в пунктах «а», «г», «е» части 2 статьи 105 УК РФ. В частности, убийство, совершенное при превышении пределов необходимой обороны, должно быть квалифицировано только по статье 108 УК РФ и тогда, когда оно совершено при обстоятельствах, с которыми обычно связано представление об особой жестокости (например, убийство в присутствии близких потерпевшему лиц).

Убийство, совершенное при превышении пределов необходимой обороны несколькими лицами, совместно защищавшимися от общественно опасного посягательства, следует квалифицировать по статье 108 УК РФ.

27. Положения статей 37 и 38 УК РФ распространяются на сотрудников правоохранительных органов и военнослужащих, которые в связи с исполнением своих служебных обязанностей могут принимать участие в пресечении общественно опасных посягательств или в задержании лица, совершившего преступление. При этом если в результате превышения пределов необходимой обороны или мер, необходимых для задержания лица, совершившего преступление, указанные лица совершат убийство или умышленное причинение тяжкого или средней тяжести вреда здоровью, содеянное ими при наличии соответствующих признаков подлежит квалификации по статье 108 или по статье 114 УК РФ.

28. Сотрудники правоохранительных органов, военнослужащие и иные лица, которым законодательством разрешено применение оружия, специальных средств, боевой и специальной техники или физической силы для исполнения возложенных на них федеральными законами обязанностей, не подлежат уголовной ответственности за причиненный вред, если они действовали в соответствии с требованиями законов, уставов, положений и иных нормативных правовых актов, предусматривающих основания и порядок применения оружия, специальных средств, боевой и специальной техники или физической силы.

Не может признаваться преступлением причинение вреда таким лицом, применившим оружие, специальные средства, боевую и специальную технику или физическую силу с нарушением установленного действующим законодательством порядка их применения, если исходя из конкретной обстановки промедление в применении указанных предметов создавало непосредственную опасность для жизни людей или могло повлечь за собой иные тяжкие последствия (экологическую катастрофу, совершение диверсии и т.п.).

29. Обратить внимание судов на то, что в соответствии со статьей 1066 ГК РФ вред, причиненный в состоянии необходимой обороны, не подлежит возмещению, если при этом не были превышены ее пределы.

Разрешая вопрос о возмещении вреда, причиненного в результате совершения преступлений, предусмотренных статьей 108 и статьей 114 УК РФ, суды должны учитывать, что вред в таких случаях возмещается на общих основаниях (статья 1064 ГК РФ). При этом размер возмещения определяется судом с учетом вины как причинителя вреда, так и потерпевшего, действиями которого было вызвано причинение вреда. Суд, приняв во внимание имущественное положение лица, причинившего вред, вправе уменьшить подлежащую взысканию сумму (статья 1083 ГК РФ).

При определении размера компенсации морального вреда, причиненного в результате совершения указанных преступлений, должны учитываться требования разумности и справедливости (статья 1101 ГК РФ). Судам следует принимать во внимание степень вины причинителя вреда, а также иные заслуживающие внимания обстоятельства (статья 151 ГК РФ), к которым относится и степень вины потерпевшего, действиями которого было вызвано причинение вреда.

30. Разъяснить судам, что в случаях правомерного причинения вреда в состоянии необходимой обороны или при задержании лица, совершившего преступление, основанием вынесения оправдательного приговора или постановления (определения) о прекращении уголовного дела является отсутствие в деянии состава преступления.

31. В связи с принятием настоящего постановления считать не действующим на территории Российской Федерации постановление Пленума Верховного Суда СССР от 16 августа 1984 года N 14 «О применении судами законодательства, обеспечивающего право на необходимую оборону от общественно опасных посягательств».

Председатель Верховного Суда

судья Верховного Суда

Информация предоставлена компанией «КонсультантПлюс»

Предоставленные документы включены в Системы КонсультантПлюс

Постановление Пленума Верховного Суда СССР от 16.08.1984 N 14 «О применении судами законодательства, обеспечивающего право на необходимую оборону от общественно опасных посягательств»

ПЛЕНУМ ВЕРХОВНОГО СУДА СССР

от 16 августа 1984 г. N 14

О ПРИМЕНЕНИИ СУДАМИ ЗАКОНОДАТЕЛЬСТВА,

ОБЕСПЕЧИВАЮЩЕГО ПРАВО НА НЕОБХОДИМУЮ ОБОРОНУ ОТ ОБЩЕСТВЕННО

Право на необходимую оборону, закрепленное в ст. 13 Основ уголовного законодательства Союза ССР и союзных республик, является важной гарантией реализации конституционных положений о неприкосновенности личности, жилища и имущества граждан, обеспечивает условия для выполнения гражданами их конституционного долга по охране социалистической собственности, государственных и общественных интересов. Это обязывает суды строго соблюдать законодательство о необходимой обороне при осуществлении правосудия.

Изучение судебной практики показало, что суды в основном правильно применяют законодательство о необходимой обороне; вместе с тем при разрешении конкретных уголовных дел еще допускается немало существенных недостатков.

Иногда суды неправильно считают, что граждане вправе осуществлять необходимую оборону лишь при посягательстве на них самих, тогда как законодательство о необходимой обороне распространяется и на случаи защиты интересов Советского государства, социалистической собственности, общественного порядка, жизни, чести и достоинства других граждан.

Некоторые суды ошибочно исходят из того, что лицо, подвергшееся нападению, не вправе активно защищаться, если имеет возможность спастись бегством или обратиться за помощью к гражданам, представителям власти или избрать какие-либо иные способы, не носящие характера активного противодействия напавшему.

Оценивая действия граждан, отражавших общественно опасное посягательство, отдельные суды не принимают во внимание характер и опасность посягательства, его внезапность, интенсивность, возможности оборонявшегося по отражению нападения, а исходят лишь из тяжести причиненного вреда, что приводит к неправильному осуждению лиц, действовавших в состоянии необходимой обороны.

Суды не всегда выполняют требования закона об индивидуализации наказания, вынося необоснованно суровые приговоры в отношении лиц, признанных виновными в совершении преступлений при превышении пределов необходимой обороны, без учета данных о личности подсудимых и других обстоятельств дела.

Не во всех случаях, когда это необходимо, принимаются предусмотренные законом меры для привлечения к ответственности лиц, совершивших общественно опасное посягательство. Не по каждому делу выясняются причины и условия, способствовавшие совершению общественно опасных посягательств. Общественность и трудовые коллективы редко информируются о фактах проявления гражданами высокой сознательности и мужества при пресечении правонарушений.

Вместе с тем законодательство о необходимой обороне иногда необоснованно применяется к лицам, которые при отсутствии посягательства причинили вред гражданам с целью мести либо расправы.

По отдельным делам суды не реагируют на нарушения требований закона, допускаемые в ходе предварительного расследования.

В целях устранения отмеченных недостатков и в связи с вопросами, возникшими в судебной практике, Пленум Верховного Суда СССР постановляет:

1. Обратить внимание судов на необходимость неукоснительного соблюдения требований ст. 13 Основ уголовного законодательства Союза ССР и союзных республик, имея в виду, что право на необходимую оборону является одной из важных гарантий реализации конституционных прав и обязанностей граждан по защите от общественно опасных посягательств интересов Советского государства и общества, социалистической собственности, общественного порядка, жизни, здоровья, чести и достоинства советских людей.

2. Разъяснить судам, что под общественно опасным посягательством, защита от которого допустима в пределах ст. 13 Основ уголовного законодательства, следует понимать деяние, предусмотренное Особенной частью уголовного закона, независимо от того, привлечено ли лицо, его совершившее, к уголовной ответственности или освобождено от нее в связи с невменяемостью, недостижением возраста привлечения к уголовной ответственности или по другим основаниям.

Не может признаваться находившимся в состоянии необходимой обороны лицо, причинившее вред другому лицу в связи с совершением последним действий, хотя формально и содержащих признаки какого-либо деяния, предусмотренного уголовным законодательством, но заведомо для причинившего вред не представлявших в силу малозначительности общественной опасности. В таком случае лицо, причинившее вред, подлежит ответственности на общих основаниях.

3. Судам необходимо учитывать, что в соответствии с законом граждане имеют право на применение активных мер по защите от общественно опасного посягательства путем причинения посягающему вреда, независимо от наличия у них возможности спастись бегством или использовать иные способы избежать нападения.

Действия народных дружинников и других граждан, выполнявших общественный долг по поддержанию правопорядка и причинивших вред лицу в связи с пресечением его общественно опасного посягательства и задержанием или доставлением посягавшего непосредственно после посягательства в соответствующие органы власти, должны рассматриваться как совершенные в состоянии необходимой обороны. Уголовная ответственность за причинение вреда задержанному может наступить лишь при условии, если такие действия не являлись необходимыми для задержания, явно не соответствовали характеру и опасности посягательства. В этих случаях содеянное, в зависимости от конкретных обстоятельств, должно квалифицироваться как совершенное при превышении пределов необходимой обороны либо на общих основаниях.

4. Судам надлежит строго соблюдать требования закона, направленные на защиту представителей власти, работников правоохранительных органов, военизированной охраны и иных лиц, в связи с исполнением ими служебных обязанностей по пресечению общественно опасных посягательств и задержанию правонарушителей. Следует иметь в виду, что вышеуказанные лица не подлежат уголовной ответственности за вред, причиненный посягавшему или задерживаемому, если они действовали в соответствии с требованиями уставов, положений и иных нормативных актов, предусматривающих основание и порядок применения силы и оружия.

5. Разъяснить, что состояние необходимой обороны возникает не только в самый момент общественно опасного посягательства, но и при наличии реальной угрозы нападения. Состояние необходимой обороны может иметь место и тогда, когда защита последовала непосредственно за актом хотя бы и оконченного посягательства, но по обстоятельствам дела для оборонявшегося не был ясен момент его окончания. Переход оружия или других предметов, использованных при нападении, от посягавшего к оборонявшемуся сам по себе не может свидетельствовать об окончании посягательства.

Действия оборонявшегося, причинившего вред посягавшему, не могут считаться совершенными в состоянии необходимой обороны, если вред причинен после того, как посягательство было предотвращено или окончено и в применении средств защиты явно отпала необходимость. В этих случаях ответственность наступает на общих основаниях. В целях правильной юридической оценки таких действий подсудимого суды с учетом всей обстановки происшествия должны выяснить, не совершены ли им эти действия в состоянии внезапно возникшего сильного душевного волнения, вызванного общественно опасным посягательством.

6. Суды должны иметь в виду, что не может быть признано находившимся в состоянии необходимой обороны лицо, которое намеренно вызвало нападение, чтобы использовать его как повод для совершения противоправных действий (развязывание драки, учинение расправы, совершение акта мести и т.п.). Содеянное в таких случаях должно квалифицироваться на общих основаниях.

7. По смыслу закона превышением пределов необходимой обороны признается лишь явное, очевидное несоответствие защиты характеру и опасности посягательства, когда посягающему без необходимости умышленно причиняется вред, указанный в ст. ст. 105 или 111 УК РСФСР и соответствующих статьях УК других союзных республик. Причинение посягающему при отражении общественно опасного посягательства вреда по неосторожности не может влечь уголовной ответственности.

8. Решая вопрос о наличии или отсутствии признаков превышения пределов необходимой обороны, суды должны учитывать не только соответствие или несоответствие средств защиты и нападения, но и характер опасности, угрожавшей оборонявшемуся, его силы и возможности по отражению посягательства, а также все иные обстоятельства, которые могли повлиять на реальное соотношение сил посягавшего и защищавшегося (количество посягавших и оборонявшихся, их возраст, физическое развитие, наличие оружия, место и время посягательства и т.д.). При совершении посягательства группой лиц обороняющийся вправе применить к любому из нападающих такие меры защиты, которые определяются опасностью и характером действий всей группы.

9. Судам следует иметь в виду, что в состоянии душевного волнения, вызванного посягательством, обороняющийся не всегда может точно взвесить характер опасности и избрать соразмерные средства защиты.

Действия обороняющегося нельзя рассматривать как совершенные с превышением пределов необходимой обороны и в том случае, когда причиненный им вред оказался большим, чем вред предотвращенный и тот, который был достаточен для предотвращения нападения, если при этом не было допущено явного несоответствия защиты характеру и опасности посягательства.

10. Умышленное тяжкое телесное повреждение, причиненное при превышении пределов необходимой обороны и повлекшее за собой смерть посягавшего, по отношению к которой вина оборонявшегося была неосторожной, надлежит квалифицировать по ст. 111 УК РСФСР и соответствующим статьям УК других союзных республик.

11. Суды должны отграничивать убийство, причинение тяжкого или менее тяжкого телесного повреждения при превышении пределов необходимой обороны от умышленного убийства, умышленного причинения тяжкого или менее тяжкого телесного повреждения в состоянии внезапно возникшего сильного душевного волнения, имея в виду, что для преступлений, совершенных в состоянии сильного душевного волнения, характерно причинение вреда потерпевшему не с целью защиты и, следовательно, не в состоянии необходимой обороны. Кроме того, обязательным признаком преступлений, совершенных в состоянии внезапно возникшего сильного душевного волнения, вызванного действиями потерпевшего (ст. ст. 104, 110 УК РСФСР и соответствующие статьи УК других союзных республик), является причинение вреда под влиянием именно такого волнения, тогда как для преступлений, совершенных при превышении пределов необходимой обороны, этот признак необязателен. Если обороняющийся превысил пределы необходимой обороны в состоянии внезапно возникшего сильного душевного волнения, действия виновного надлежит квалифицировать по ст. ст. 105 или 111 УК РСФСР и соответствующим статьям УК других союзных республик.

12. Убийство, совершенное при превышении пределов необходимой обороны, подлежит квалификации по ст. 105 УК РСФСР и соответствующим статьям УК других союзных республик и в тех случаях, когда оно совершено при обстоятельствах, предусмотренных в пп. «д», «ж», «з», «и», «л» ст. 102 УК РСФСР и соответствующих статей УК других союзных республик.

13. Суды должны различать состояние необходимой обороны и так называемой мнимой обороны, когда отсутствует реальное общественно опасное посягательство и лицо лишь ошибочно предполагает наличие такого посягательства.

В тех случаях, когда обстановка происшествия давала основания полагать, что совершается реальное посягательство, и лицо, применившее средства защиты, не сознавало и не могло сознавать ошибочность своего предположения, его действия следует рассматривать как совершенные в состоянии необходимой обороны. Если при этом лицо превысило пределы защиты, допустимой в условиях соответствующего реального посягательства, оно подлежит ответственности как за превышение пределов необходимой обороны.

Если же лицо причиняет вред, не сознавая мнимости посягательства, но по обстоятельствам дела должно было и могло это сознавать, действия такого лица подлежат квалификации по статьям уголовного кодекса, предусматривающим ответственность за причинение вреда по неосторожности.

14. Усмотрев в действиях подсудимого признаки превышения пределов необходимой обороны, суд не может ограничиться общей формулировкой и обязан обосновать в приговоре свой вывод со ссылкой на конкретные установленные по делу обстоятельства, свидетельствующие о явном несоответствии защиты характеру и опасности посягательства.

15. При назначении наказания лицам, виновным в убийстве, причинении тяжких или менее тяжких телесных повреждений при превышении пределов необходимой обороны, суды должны в силу ст. 314 УПК РСФСР и соответствующих статей УПК других союзных республик с учетом обстоятельств дела, данных о личности виновного в каждом конкретном случае обсуждать вопрос о возможности избрания наказания, не связанного с лишением свободы. Назначение наказания в виде лишения свободы суд обязан мотивировать в приговоре.

16. Судам надлежит повысить требовательность к качеству предварительного следствия по делам, связанным с применением законодательства о необходимой обороне; выяснять, были ли привлечены к ответственности все лица, преступное посягательство которых отражалось, и при наличии оснований решать вопрос о привлечении их к ответственности. Если уголовное дело, возбужденное в отношении новых лиц, находится в связи с рассматриваемым делом и раздельное их рассмотрение не представляется возможным, суд должен направить все дело для производства дополнительного расследования.

17. Обратить внимание судов на то, что в силу ст. 448 ГК РСФСР и соответствующих статей ГК других союзных республик вред, причиненный в состоянии необходимой обороны, если при этом не были превышены ее пределы, возмещению не подлежит.

Применительно к ч. 1 ст. 93 Основ гражданского законодательства Союза ССР и союзных республик размер возмещения вреда, причиненного лицу при отражении его общественно опасного посягательства, если было допущено превышение пределов необходимой обороны, в зависимости от обстоятельств дела и степени вины оборонявшегося и посягавшего должен быть уменьшен либо в возмещении вреда должно быть отказано.

С лиц, осужденных по ст. ст. 105, 111 УК РСФСР и соответствующим статьям УК других союзных республик, взыскание в доход государства средств, затраченных на лечение посягавших, законом не предусмотрено. Лечение последних в соответствии с действующим законодательством производится за их счет.

18. Суды обязаны по каждому делу принимать меры к выявлению причин и условий, способствовавших совершению правонарушений, обращая особое внимание на поведение лиц, общественно опасное посягательство которых пресекалось. В необходимых случаях доводить до сведения трудовых коллективов и общественности факты проявления гражданами высокой сознательности, мужества при пресечении правонарушений.

19. Судебной коллегии по уголовным делам и Военной коллегии Верховного Суда СССР, Верховным судам союзных и автономных республик, краевым, областным, городским судам и судам автономных областей и округов, военным трибуналам военных округов, флотов и групп войск усилить надзор за судебной деятельностью по применению законодательства о необходимой обороне.

20. В связи с принятием настоящего Постановления считать утратившим силу Постановление Пленума Верховного Суда СССР от 4 декабря 1969 г. N 11 «О практике применения судами законодательства о необходимой обороне».

Статья написана по материалам сайтов: juryev.ru, respectrb.ru, legalacts.ru.

«

Помогла статья? Оцените её
1 Star2 Stars3 Stars4 Stars5 Stars
Загрузка...
Добавить комментарий